Gintama-TV

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Gintama-TV » Полезный филлер » Эпизод №17. Обещания дают для того, чтобы их выполняли.


Эпизод №17. Обещания дают для того, чтобы их выполняли.

Сообщений 1 страница 18 из 18

1

Название: Обещания дают для того, чтобы их выполняли.
Участники: Namiyamy Shisui, NamiYamy Nirishi.
Место действия: планета Земля через пять лет(реальность второго мувика).
Описание: Вирус, поработивший планету, не щадит никого. В клан Намиями он попал незаметно, когда большая часть клана выполняла очередную миссию. Вирус сломал организмы аманто буквально за пару недель. Шисуи и Нириши - единственные из клана, кто ещё не заразился. Они собственными руками похоронили своих братьев и сестёр и дали обещание, что обязательно найдут причину возникновения этого вируса.
Вот только странно, что работодатель их исчез, и более не выходил на связь. Да и во всем ли была вина вируса? Оставшиеся в живых Намиями объединяются и начинают вести собственное расследование.
Очередность постов:
Namiyamy Shisui
NamiYamy Nirishi

0

2

Фотография в ажурной рамке выглядела потертой. Углы были растрепаны, а посередине фото шла сморщенная полоска – результат частых сгибаний пополам. Но ни эта полоса, ни потертости, не задравшиеся углы не портили тех, кто так свежо был запечатлен на фотографии. Едко улыбающийся Тайке, вынужденно положивший правую руку на плечо задорно лыбящегося Шисуи, а левую – на плечо хмурого, но улыбающегося уголками рта, Руи. Они стояли за троицей, сидевшей на небольшой черной скамейке. Нириши сидел в середине и застенчиво смотрел в объектив, а с двух сторон его обнимали Сетсу и Сарико, каждая из которых впервые улыбались открыто и естественно.  Единственное семейное фото, на котором были изображены те, кого прятали глубоко в себе за внешней маской бессердечности и отрешенности, клан Намиями.
Шисуи поставил рамку на свой стол, и устало потер глаза. Фотография была сделана за день до той проклятой миссии. Руи, Сетсу, Сарико и Тайке. Они вчетвером отправились уничтожать какую-то взбунтовавшуюся секту, которая угрожала жизни их работодателю. Деньги, предложенные за выполнение этой, достаточно типичной, работы, были настолько значительными, что после этого клану можно было не беспокоиться о своей жизни аж до самого гроба.
Но ни денег, ни самого чиновника после отчета о успешно выполненной работе, Намиями не видели. Более того, спустя два дня после возвращения четверки, их состояние здоровья резко ухудшилось. И самое страшное – постепенная потеря пигмента, что являлось самым главным признаком заражения вирусом. Вирусом, который сгубил планету за короткий промежуток времени. Неизлечимым страшным вирусом, о котором все они слышали, но лишь посмеивались над этим.
Намиями слабели на глазах. Шисуи просиживал целые сутки, день за днем, собирая информацию, выискивая лучших специалистов, которые ещё не успели покинуть планету. Он не жалел денег, продолжая искать не только специалистов, но и саму причину возникновения вируса. Ему было все равно на репутацию. Да и кому, какое дело до репутации, когда в стране царил хаос, а отчаявшиеся люди просто позволяли себе делать все, что захочется. Дом Намиями не раз подвергался нападению воров-мародеров, каких-то банд, возомнивших себя чуть ли ни Богами. Но все они выносились либо самим Шисуи, либо оказавшимся рядом Нириши, которому он поручил весь уход и заботу за прикованными к постелям соклановцами.
Через неделю Шисуи понял – бесполезно. Все что он делал, было бесполезно. Найденные специалисты отказывались от посещения больных и сразу говорили, что ни чем уже не помочь тем, кто находился на последней стадии.
Руи ушел первым: тихо, незаметно и едва слышно. Он просто заснул накануне и наутро не открыл глаз. Сетсу терпела, не плакала. Да и вообще, видел ли кто-нибудь у железной девы Намиями хоть раз в жизни слезы? Но Шисуи чувствовал, что внутри Сетсу рыдала, но даже строгий взгляд, ничего не видящих глаз, брошенный сначала на то место, где сидел Шисуи, который держал её за руку, а потом на противоположную сторону, где также держа за руку, сидел и Нириши – не выражал ни слез, ни желания, ни презрения. Не было вообще никаких чувств, кроме как поскорее перестать чувствовать слабость и боль. И перестала.
Третьей ушла Сарико. Шисуи не видел её перед смертью, потому что был занят тем, что снова пытался найти чиновника, их работодателя. Не было времени обращать на подозрительность и странность, которыми были снащены все события. Голова главы клана была забита всем, чем только можно, но вот здравости и рациональности там не наблюдалось с того момента, как их покинул Руи. О смерти Сарико он узнал от Нириши.
Последним был Тайке. Он до самого конца презирал всё вокруг и был просто капризным ребенком. Рыдал так, как в детстве, когда его наказывали за какую-нибудь оплошность. Рыдал и кричал, что хочет жить: «Почему ты стоишь тут живой тушкой, а я подыхаю? Это несправедливо. Я ещё даже не убил тебя. Не отнял у тебя титул главы клана. Не забрал твои деньги. Ещё столько дел!». Тайке также ничего не видел, как и остальные. Он ушел резко: кричал эгоистичные слова, а спустя пару секунд застыл с открытым ртом. Шисуи аккуратно прикрыл ему рот и глаза.
Так и осталось от клана Намиями лишь двое.
Шисуи после похорон заперся в своем кабинете и опустошал все свои запасы спиртных напитков. Ему не хотелось видеть Нириши и знать, как и чем он переживает все то, что случилось. Не хотелось ни с кем встречаться, заниматься работой и делами клана. Ему вообще ничего не хотелось, когда горло обжигал коньяк, виски или какая-то другая намешанная бурда. В общем, медленно, но верно Намиями спивался, обрастал щетиной, перегаром, потом и грязью.
"Я жалок. Сетсу бы меня убила, увидев таким". – безмятежно лежа на полу, думал блондин, держа в руке пустой стакан. "Если бы не желание заработать. Если бы не та миссия…"
Глаза Шисуи внезапно распахнулись так широко, что сосуды не выдержали бы давления и полопались. В голове стало как-то гулко и возник образ их чиновника, всего такого нервного и непривычно глупо-улыбающегося. Таким его видел блондин в последний раз, перед злополучной миссией.
- Мать перебрать. - прошипел Шисуи, бросая стакан в стену. Отлетевшие осколки впечатались в ногу, но Намиями совершенно это не волновало. Гораздо более заботила эта крыса, являвшаяся их работодателем. Бывшим работодателем. Что-то было не так. Что-то Шисуи упустил и где-то проглядел. Да, Намиями умерли от вируса – это факт. Но заразились они на задании. А само задание было слишком простым. Но за эту простоту предлагали огромные деньги. Что-то где-то было подставой – блондин уже на интуитивном уровне чувствовал, что все это было не случайностью.
Шустро вскочив на ноги и слегка покачнувшись, Шисуи резво, как только мог, выбежал из своего кабинета. О Нириши, самом младшем Намиями, он целый месяц не слышал. Или не пытался слышать, но почему-то точно знал, что Нириши дома и никуда не ушел. Что и говорить, они достаточно редко взаимодействовали друг с другом, но Шисуи относился к нему так же, как и к остальным. Поэтому глубоко вздохнув, блондин проорал на весь дом:
- МАСОЧНЫЙ ФЕТЕШИСТ, ТАЩИ СВОЮ КОСТЛЯВУЮ ЗАДНИЦУ СЮДА. – Шисуи выдохнул и уже спокойным голосом продолжил, усмехаясь. – Время сна закончилось, пора протрезвляться. То есть, просыпаться.

+1

3

В слабоосвещённом помещении, пахнущем землёй, полном уныния и некоего умирающего спокойствия, медленно перемещалась в пространстве пыль. Лишь редкие, появляющиеся из густых облаков, лучи на несколько секунд обнаруживали её в комнате. Но единственный, находящийся здесь парень, был увлечён своим занятием, не замечая миллионов маленьких частичек, оседающих на его волосах, плечах и внутри его лёгких.
Переклеенные пластырями пальцы неуклюже щёлкали маленькими ножничками. Щелчок, ещё один. Несколько сухих лепестков бесшумно упали с небольшого растения, названия которого Нириши не знал. Найденные книги и руководства мало помогли в опознании таких одинаковых, на его взгляд, организмов. Комната с комнатными цветами осталась после Сарико. Всё, чем занимался Нирищи после похорон, это пытался заменить сиротам их поливающую мамочку. Но у него не особо хорошо получалось, учитывая, что большая часть растений погибла. Да и сомневался он, что руки, привыкшие убивать, на которых умер дорогой ему человек, когда он ничего не мог сделать, могли поддержать чью-то жизнь. Но, даже понимая это, он продолжал делать что мог, цепляться за единственное, что способно хоть как-то отвлечь его и не дать окончательно сойти с ума. Ведь раньше он был хоть как-то нужен своему клану и Сарико. А теперь он нужен только растениям, которые предпочли бы скорее сдохнуть, чем оказаться под его опекой.
Но пальцы работали лениво, ножницы больше портили, чем помогали, а из дна горшка уже просачивалась лишняя вода, подтекая неудачливому садовнику к коленям. Сутулый, низкий, даже спустя годы похожий на подростка, Нириши вызывал жалкое зрелище. Одна из не самых любимых масок в форме зайчика натирала резинкой виски, под которыми уже начали появляться прыщики, а из отверстий для глаз смотрел пустой, давно не сосредоточенный на растениях взгляд.
В последние дни он начал думать о том, чтобы поговорить с главой. Несколько раз он подкрадывался к его кабинету, но не набирался храбрости даже просто постучать.  Бывали моменты особой тишины, когда ему казалось, что Шисуи совсем спился, а его мёртвое тело лежит в холодном кресле, оставив Нириши совсем одного. Но стоило лишь снова подойти ближе, как из-за двери раздавался либо шорох, либо обнадёживающее пьяное мычание.
Нириши уже привык к такому образу жизни: когда не надо выходить из дома чаще раза в неделю, чтобы купить еды, или когда не надо ни с кем разговаривать. Только это привыкание ему не нравилось, он удивлялся ему. Глядя в своё отражение, иногда он недоумённо думал: «Нет, ну так же не бывает. Не бывает, чтобы прям все, а я нет».
Раздавшиеся где-то в доме шаги заставили выйти из прострации.
Шисуи-сан…
- МАСОЧНЫЙ ФЕТЕШИСТ, ТАЩИ СВОЮ КОСТЛЯВУЮ ЗАДНИЦУ СЮДА!
От неожиданности Нириши дёрнулся, обрезав растение под самый корень, но тут же забыл о нём и вскочил на ноги.
Что? Что? Что?
Отвыкший от чужого внимания и от того, что кому-то он может понадобиться, паренёк совсем потерял ориентацию в пространстве и заехал лбом в дверной косяк.
Поправляя съехавшую маску, он вышел из комнаты и пошёл на звавший его знакомый голос. Осторожно выглянув из-за угла, он увидел своего главу не в самом свежем состоянии.
- Вы меня свали, Сысуй-сан? – сказал он еле слышно. Нириши отвык разговаривать, из-за чего слегка прикусил язык, и его «дебютная» фраза была безнадёжно испорчена.

+1

4

Понять всю ситуацию было не сложно. Но на это требовалось длительное время пребывания с самим с собой в тишине и покое. Месяц пожирания алкоголя ничего не дал. Вообще ничего, кроме пустых бутылок, боли в пояснице от постоянного лежачего положения, черных ямок под глазами, нездоровый цвет кожи и отвисших волос. Бессмысленный месяц в ставшей бессмысленной жизни главы клана.
Но Шисуи не был согласен с этим. Да, они потеряли важных личностей. Да, умершие теперь, скорее всего, проклинают блондина и точно зовут его к себе в Ад(Блондин не сомневался в том, что братья-сестры тусуются явно не в Раю). Да, клан перестал иметь смысл без них, но все же. Намиями был согласен с тем, чтобы раз и навсегда разобраться с виновником смерти своих близких. А после этого официально признать клан недействительным и окончательно разрушить род бесконечных проклятий. В этом прогнившем мире в клане Намиями больше не было необходимости. Они уже не смогут вернуться на родную планету и жить, как прежде. Все. Хватит. Для них уже наступила новая пора. А здесь уже нужно было сражаться: долго, всерьез и результативно.
Блондин привалился спиной к пыльной стене и потер виски. Печень ныла, живот бухтел, голова гудела, а во рту был естественный запах дохлых рыб. В общем, похмелье живет и процветает, но Намиями так просто не отдаст свой организм всяким болезнетворным микробам.
Почувствовав, что он уже не один, и его младший братец все-таки ещё жив и даже не покинул сей дом, Шисуи поднял взгляд и моментально шарахнулся назад. Позади Шисуи была стена, поэтому блондин ощутимо приложился к ней всей своей задней частью тела.
- Сними со своего лица эту хрень. – Намиями указал на маску на лице брата, которая портила весь эстетический вид паренька. Да, Шисуи постепенно пробуждал в себе прежнего эстета. Только, ему самому надо было стать прилично выглядящим главой клана, чтобы говорить о эстетичности. Но блондин упрямо пока игнорировал свой вид, внутренне давая обещание скорее посетить душ. – Где ж ты нашел такое? – Гривастый взглядом кивнул на странную маску брата и тут же перебил. – А-а-а, можешь не отвечать, я и так в курсе, что ты масочный фетишист. И говори нормально, без всяких «Сысуй-сан»!
Что ж, теперь когда соображаловка Намиями начала свою работу, то стоило раз и навсегда разобраться с тем, что ужасно хотелось уничтожить и стереть с лица Вселенной. Для этого он и позвал Нириши, ибо своими силами он не справится. И дело не в физической силе, а в том, что он просто может сорваться и уничтожить все вокруг. А остановить Намиями может только другой Намиями. И блондин явно не сможет разорваться и одновременно что-либо искать и выяснять. Да и самому брату, наверное, уже надоело бездействие. Шисуи не спрашивал этого, но все было ясно, стоило только взглянуть на юношу.
- Ну, мой единственный живой братец, только не говори мне, что ты все это время просидел дома. И не разу не интересовался их истинной причиной смерти. И тебе не казалось странным, что они все слегли после той миссии. – блондин потянулся, не выдержал и побежал в ванную. Со скоростью улитки. Настолько Шисуи ещё не упивался. – Мне нужно знать твое мнение о сложившейся ситуации. Иначе я сойду с ума со своими мыслями.
Зная, что Нириши последует за ним, Глава занялся собой, одновременно слушая и брата, и свои мысли, и составляя дальнейший план действий. В общем, голова гудела. По хорошему следовало бы пойти прямо в резиденцию их бывшего «босса», найти его, все выяснить и убить. Хотя убить его хотелось сразу, как только бы он попался на глаза блондину. Но этой Заразы там не было ещё с тех времен, как умершие Намиями пошли на миссию. И покинуть планету эта дрянь не могла – уж слишком любил он Землю. Значит, где-то их бывший работодатель прячется. И скорее всего там, где бы Намиями явно не додумались его искать. На ум приходило несколько мест, в которых часто отдыхал искомый объект. Но все они сразу отсеивались -  эти места были разрушены с приходом вируса и сейчас пустовали, глава клана это знал точно, потому что лично проверял.
- Фабрика… Фабрика игрушек, которой он владел. Её мы проверяли? Что вообще о ней известно? – Шисуи резко повернулся к брату. А ведь фабрику они не проверяли. Или проверяли? Намиями не мог точно вспомнить, но почему-то известная фабрика, которой долгое время хвастался чиновник, прочно засела в ещё не полностью протрезвленный мозг.
"Все. Больше никогда пить не буду."

Отредактировано Namiyamy Shisui (2014-01-21 21:22:46)

+1

5

Нервничая, Нириши, не задумываясь, начал ковырять пластыри на пальцах, продолжая при этом глядеть на воссташего из глубин алкоголизма главу. Он не знал, что и как ем нужно говорить, как действовать, но уже то, что появилась возможность действовать, заставляло сердце биться чуточку быстрее.
Слегка втянув голову при вопросе о маске, парень сделал полшага назад, содрав при этом окончательно один из пластерей.
- Ну, мой единственный живой братец, только не говори мне, что ты все это время просидел дома. И ни разу не интересовался их истинной причиной смерти. И тебе не казалось странным, что они все слегли после той миссии.
Почему меня спрашивают о таких очевидных вещах? Разве есть кто-то, кому это может показаться НЕстранным? А, может, имелось в виду то, что я не оправдал возлагаемых надежд? О нет, я оплошал. Я снова оказался бесполезным.  А может это просто провокационный вопрос? Меня так сильно ненавидят, что хотят убить? Нет, он бы никогда… Что если в этом есть какой-то скрытый смысл? А я не знал? Я пропустил какую-то важную строчку? Так бывает, что твоё послание неверно истолковывают, но ты даже не знаешь о появившемся недоразумении. Я совсем не знал бы о нём. Как отец, не знающий о своём ребёнке. Он ведь не виноват. Он бы водил его в зоопарк, он бы отвёз в Диснейлнд. Просто так получилось… Женщина оказалась слишком гордой или просто была куртизанкой, чьих мужчин и не пересчитать. Могут ли у ребёнка, рождённого от такого союза, быть отклонения? С такой мамой и без отца он пойдёт по кривой дорожке, бедняга...
Поняв, что мысль ушла не туда, Нириши зажмурился и снова открыл глаза, наблюдая за продолжающим говорить блондином, идущим в сторону ванной. Не упуская его из виду, парнишка тихо поплёлся следом, продолжая перебирать пальцами.
- Мне нужно знать твое мнение о сложившейся ситуации. Иначе я сойду с ума со своими мыслями.
Сглотнув, Нириши негромко забормотал:
- Р-резиденция. Я был там, н-но она полностью опустошена, как-будто была зачистка. Ещё был в доме его секретаря. Т-там то же самое. Конечно это не значит, что больше я нигде ни был, но результатов ничего не принесло. И, где бы я ни был, я не только не столкнулся с сопротивлением, но и ни с одной живой душой, хотя был один дом недалеко от приозёрного храма. И он не был заброшен и...
Нириши продолжал бубнить, погружённый в свои мысли, пока Шисуи к нему не развернулся.
- Фабрика… Фабрика игрушек, которой он владел. Её мы проверяли? Что вообще о ней известно?
- Согласно всем документам и записям н-никакой фабрики не было. М-мы знаем, что в неё было вложено большое количество денег,  з-здание было построено в пригороде. Однако, никаких данных о поставщиках, эксплуатации, рекламе и поступлении каких либо товаров от имени этой фабрики нет.  Её как будто и н-не существовало.
Немного помолчав, Нириши добавил:
- Здание фабрики сейчас наполнено лишь небольшим количеством прессов. Я плохо разбираюсь в таких вещах, но не д-думаю, что они предназначены для создания игрушек. Оборудование, однако, довольно давно не обслуживалось. Я затаился на несколько дней, но никого не было
Окончательно сбившись с доклада, масочник совсем затих, неуверенный уже ни в чём, включая свои же слова.

0

6

- Не существовало, говоришь? – блондин почесал небритый подбородок и уставился прямым задумчивым взглядом в пустую стену. Значит, посещение фабрики могло дать ответы на некоторые вопросы. И, может быть, там удастся выловить и самого «шефа», так старательно скрывающегося от мира. По крайней мере, Шисуи интуитивно чувствовал, что их цель может скрываться там, ибо больше негде. Город основательно разрушен, поэтому спрятаться от поисковых систем Намиями всегда было проблемно.
Блондин почувствовал, как спустя долгое время, внутри просыпается Гривастый. Зверь ответил согласным рыком на жажду крови главы клана и жутко хотел вырваться на свободу. Возвращалось то состояние, в котором раньше и пребывал Шисуи. И это означало, что пора действовать.
- Ясно. Нириши, - блондин впервые за долгое время назвал своего брата по имени и невесело усмехнулся этому, - мы идем на эту фабрику. Но сначала проверим то место, про которое ты недавно заикнулся.
У Шисуи проблем со слухом не было, поэтому он четко слышал тихий голос брата и не упустил фразу про "дом недалеко от приозёрного храма". Намиями впервые слышал об этом месте. Или он так отчаянно искал антидот своей семье, что не замечал деталей? Или это было скрыто преднамеренно, и после смерти четверки Намиями случайно всплыло. Но Шисуи было все равно, где искать эту тварь. Не будет его на фабрике, значит, будет в том доме. Или же наоборот.
Блондин ощутил бодрый прилив сил и готов был хоть прям сейчас ломануться со всей своей скоростью в оба места, но он вовремя вспомнил про свой внешний вид. Шисуи презрительно оглядел себя и поморщился. Нет, убивать он будет, как глава клана Намиями, а не как бомж, сутками жрущий алкоголь.
- Через десять минут выходим. Подготовься. – и перед тем, как окончательно закрыться в ванной, стоя спиной к брату, блондин понизил голос. – И, в кабинете на моем столе… фотография в рамке. Протри её, запакуй во что-нибудь, чтобы не разбить, и прихвати с собой. Они должны увидеть смерть этого гнилого человека.
Шисуи не стал дожидаться ответа от Нириши, закрыв за собой дверь и облокотившись на неё. Быть главой клана тяжело. Блондин старается быть сильным. Прежним Шисуи, каким он был до смерти своих соклановцев. Их осталось двое от Намиями: самый старший и самый младший. А задача старшего – заботиться о младшем. Хотя бы в последний раз выполнить свой долг, как брат и как глава клана. Потому что блондин уже решил, что как только они расправятся с работодателем, он, глава клана Намиями, исчезнет из этого города. А Нириши даст свободу выбора: отправиться с ним или же остаться. Больше ничего здесь не держало. Ни работа, ни обязательства, ни чего-либо ещё. Это был конец.
А, значит, настала пора прощаться с этой проклятой страной.

+1

7

Всё, что он мог сделать в качестве ответа - это шмыгнуть носом и, развернувшись, отправиться в свою комнату.
Она ничем не отличалась от самой обычной спальни, в которой мог бы жить ученик старшей школы, тратящий всё своё свободное время на подготовку к экзаменам. По крайней мере раньше. Теперь же в ней был лишь холодный футон в углу, письменный стол с настольной лампой на металлическом креплении с пружиной, деревянный стул и встроенный в стену шкаф. Комната могла бы показаться аскетичной любому вошедшему, если он не включит свет и не взглянет на стену справа от двери. На ней было множество маленьких, неуклюже прибитых крючков. На каждом висело по одной или две маски, которые Нириши собирал многие годы. Среди них были и традиционные японские, и кавайные мордочки - отрада для отаку, и персонажи различных комиксов, фильмов и сериалов.
Сняв с себя маску-зайчика, парень повесил её на гвоздь к её собрату-медведю. Предстоящая операция требовала тщательного выбора лика. Предстояла месть. Предстояло открытие тайн. И предстояла работа с братом, который всегда казался настолько далёким, что Нириши никогда не видел ничего странного в том, что обращался к нему "Шисуи-сан". Нириши не знал, как правильно говорить. Не знал, что следует сделать, чтобы показать свои чувства, а потому просто решил надеть лучшую из своих масок - белую морду лиса с красными отметинами.  Старая, но любимая.
Взгляд карих глаз, обычно бегающий в разные стороны, сосредоточился на имени "Нириши", кривонакарябанном внутри, ближе к виску, а хмурые брови расслабились.
Давненько я тебя не надевал...
Лисья морда скрыла верхнюю часть лица юного Намиями, и тот не стал тратить много времени на сборы, лишь переоделся в чёрные игабакама и достаточно свободную футболку. Из вещей взял лишь новый канцелярский нож, которым ни разу ещё не пользовался, кошелёк и ещё пару мелочей.
Осталась только последняя деталь...
Не обращая внимания на терпкий запах алкоголя, Нириши шёл по комнате главы тихо, не задевая валяющиеся тут и там бутылки. Всё внимание было приковано к одной единственной фотографии. Сжав губы, парень провёл пальцем по стеклу, оставив лёгкий пыльный след, и перевернул рамку лицом к небольшому полотенцу. Заворачивая фотографию, Нириши вспоминал как приходилось мыть тех из клана, кто уже не мог самостоятельно поднять губку, не то что залезть в ванну. Так же бережно он старался вытирать полотенцем то хныкающие, то дремлющие, то плюющиеся головы. И так же осторожно он завернул теперь снимок и спрятал в карман.
На этом вся осторожность Нириши закончилась и, прежде чем доползти до выхода из комнаты, он навернулся на бутылке, разнёс кресло и поднял немало шуму.
Едва не заснув на крыльце в ожидании, Нириши вскочил, как только Шисуи появился в коридоре через какое-то время.
Нириши нервничал. Но он, по крайней мере, был готов.

0

8

- Идем. – коротко бросил блондин, проходя мимо брата, на лице которого успела появиться новая маска. Правда, в этот раз она была более приемлемой, чем тот заячий кошмар. Впрочем, все в их клане были со странностями, поэтому Шисуи было проще не обращать внимания на такую любовь к маскам его младшего брата.
Так, компания из двоих оставшихся Намиями двинулась на крепость под названием «Найти-скрывающегося-босса-и-расчленить-его». Хотя расчленение больше подходило Рипперам, судьбой которых, к слову, он не интересовался уже несколько лет. Но сам глава клана перед убийством не прочь «поразвлечься» с их шефом, дабы тот на своей шкуре испытал то, через что пришлось пройти той четверке Намиями, которые уже никогда не смогут открыть глаза.
Первым делом нужно было посетить фабрику игрушек, которой так хвастался начальник, что оставалось только раздавать ему лестные комплименты о том, какой он добрый и заботливый дядечка. К дядечке почему-то напрашивалось слово педофил, но Шисуи не был заинтересован в предпочтениях работодателя.
Нириши был прав только наполовину, когда говорил о фабрике. Глава клана знал о местоположении фабрики и также в бывалые времена был осведомлен о строении здания. Блондин отчетливо помнил о бункере, который сооружали специально под фабрикой в земле, дабы хранить там готовую продукцию, которая ещё не успела попасть на полки магазинов. И то, что младший Намиями не упомянул об этом месте, говорило лишь об одном – он не смог обнаружить секретный вход. Шисуи и сам плохо помнил, как туда можно было спуститься, но верил в то, что по прибытию место детали всплывут сами собой.
Двигался блондин быстро, не останавливаясь и не обращая ни на что внимания. Хотя и очень хотелось посмотреть на мир, который изменился за месяц его алкогольного мизантропства. Но это подождет, покуда есть более важное дело, чем этот увядающий мир, который только и ждет своего последнего конца. Намиями даже вспомнил, что известный многим террорист хотел уничтожить этот мир. И что оказалось на деле? Теперь мир дохнет, как муха, из-за какого-то неопознанного вируса! Уж лучше бы действительно кто-то бы уничтожил этот мир, а они, Намиями, всем составом улетели на другую планету и жили бы счастливо, попеременно обругивая и строя различные пакости друг другу.
- Не отставай. – ухмыльнулся старший Намиями и прибавил скорости. В зоне видимости показалась ярко-желтая в красный цветочек крыша высокого строения, в котором можно было распознать несостоявшуюся фабрику игрушек, официально именуемая как «Smile»*. Название резало слух, и где-то он уже явно слышал его. Строение выглядело весьма потрепано: окна были выбиты, по стенам расползался слой копоти, что свидетельствовало о том, что это место не раз поджигали местные банды мародеров.
- Ты точно проверял всю фабрику, Нириши? – скорее просто так спросил Шисуи, чтобы избавиться от тишины. И чтобы знать, что он все-таки здесь не один. Или они не одни, но это им ещё предстоит узнать. Правда, едва блондин коснулся рукой  массивной зеленой двери, как та протяжно скрипнула и отвалилась, окутывая слоем пыли стоявших перед ними Намиями. От чего Шисуи сразу перехотелось заходить в это помещение. Но что поделать – другого выбора нет. Хотя можно было послать туда одного Нириши, но глава клана не был уверен в том, что и в этот раз младший брат сможет найти вход в бункер. Поэтому чихать-не чихать, но идти туда нужно было вместе с Нириши.

*Название фабрики - отсылка к ВанПису, где имеется одноименная фабрика по производству искусственных дьявольских фруктов.

+1

9

- Ты точно проверял всю фабрику, Нириши?
Парень вспомнил свои ночёвки в этом холодном здании, редкий шум бродячих кошек и угол с мусором, в котором мог неподвижно сидеть в полудрёме. Хоть фабрика и не была очень крупной, её обследование заняло немало времени. Кроме трёх этажей пустых разрушенных кабинетов и цеха с тяжеловесной аппаратурой, в здании больше ничего не было. И то, что было проверено, не указывало на наличие каких-либо дополнительных комнат. Стены были противными и голыми, как новорожденные младенцы, а прессы было просто невозможно сдвинуть с места, чтобы это не стало заметным.
- Д-да, - сказав это, Нириши уже не был так уверен. Он принюхался и не заметил ничего обычного. По крайней мере ничего, что могло бы перебить запах перегара, исходящий от брата.
Решив, войти внутрь, масочник тихо прошёлся по упавшей двери, но зацепился за какой-то гвоздь и упал навзничь.
- В п-порядке я...
Пол из металлических пластин был, как обычно, пыльным, грязным и липким. Тут и там были кучки давно засохших опилок, которыми когда-то присыпали мазут. Нириши, в своё время, извозюкался в этом добре с головы до пят и теперь с неохотой встретился с этой грязью вновь.
В цеху не было темно. Тут и там сквозь разбитые окна просачивался свет. Но Нириши всё равно пришлось вглядываться в различные детали, чтобы уловить изменения. Так как фабрике случалось собирать в себе мародёров и бандюг, не нужно было удивляться беспорядку и хаосу, творившемуся здесь. А вот чему стоило удивляться, так это порядку. Именно это привлекло в данный момент Нирищи в глубине зала.
Младший Намиями оставил Шисуи и негромкими шагами побежал по центральному проходу, по двум сторонам которого стояли прессы. Пробежав метров двадцать, парень остановился возле сваленной к стене куче хлама. Она была здесь всегда, как один из элементов естественного здесь беспорядка. Довольно странным было бы запоминать из чего она состоит: грязное тряпьё, бутылки, обломки табурета, картонные коробки - всё это всегда здесь лежало. И кучу эту, как всегда переворошили, скорее-всего, какие-нибудь бомжи. Вот три деревянных ящика как стояли здесь пирамидкой в прошлый раз, так и стоят в этом виде до сих пор.
"Даже странно, что их никто не тронул. Или тронул и поставил на место?"
Нириши наклонился и сдвинул ящики. Взору открылся засыпанный опилками пол. Юноша сел на корточки и дотронулся до него.
"Сухие и свежие. Даже пахнут так"
Быстрыми движениями смёл опилки в сторону, расчистив ни разу не испачканный мазутом пол.
Пальцы нашаривали в стыках металлических плит, пытаясь найти хоть какую-нибудь зацепку, любое доказательство, что Нириши не показалось. И лишь через две минуты его сердце забилось быстрей, когда раздался бряцающий звук, и несколько плит, слитых в одну пластину полтора на полтора метра, наклонились, открыв проход в тёмный подвал.
Нириши задрожал одновременно от радости и злости на себя из-за того, что не нашёл этот проход дальше.
- Шисуи-сан, я нашёл

+1

10

За перемещением младшего братца по фабрике Шисуи следил косвенно. Проще говоря, не следил вообще. Прислонившись спиной к бывшему дверному косяку, блондину непроизвольно захотелось закурить. Он никогда ещё не брал в рот этой гадости, да и всячески ненавидел курильщиков… но сейчас хотелось жутко!
Но ещё больше хотелось унизить ту тварь, что посмела поднять свою руку на его семью. Растоптать и уничтожить, чтобы знал этот человек, на что замахнулся единожды. Проклятый ублюдок. Что плохо сделали Намиями? Чем, черт подери, они могли помешать этой крысе, которая вечно восхваляла и боготворила их клан, как самых преданных, ловких и прекрасных убийц? Что этой сволочи сделала Сетсу, что ей пришлось стать такой слабой и хрупкой? Что сделал засранец-Тайке, чтобы перед смертью в его глазах читался животный страх? Что сделала Сарико, боль которой Шисуи так и не увидел? Что сделал Руи, мучения который переносил молчаливо, словно гордый воин? Как самурай. На планете самураев.
Дерьмо собачье, а не планета самураев. – подумал Шисуи и вздохнул. В тот же момент до него донесся голос брата, заявивший, что он нашел-таки тайный вход. Собственно, блондин и не сомневался, что младший брат найдет его. В Нириши текла та же кровь, что и в Шисуи, поэтому сомневаться в способностях брата, при всей его странности, он бы не стал.
- Я всегда знал, что ты все можешь. Благодарю. – блондин почти что мгновенно переместился к потаенному проему. И нет, Шисуи не телепортировался, а всего лишь быстро прибежал. Такая скорость проклевывалась в Намиями тогда, когда тот был очень и очень зол. – Что ж, давай спустимся туда.
Намиями-старший расплылся в хищном оскале и первым ступил на ступеньки, ведущие вниз. Мрачность и темнота этого места была не помехой. Освещение не требовалось, ведь звериные глаза клана вполне могли видеть все даже в самой кромешной темноте. Витиеватая лестница напоминала закрученную спираль и чем ниже спускались Намиями, тем холоднее и светлее становилось оказавшееся ниже огромное помещение. Лампы белого света светили ярко и беспощадно, освещая своим вредным светом все уголки так называемого «подвала».
- Это… я сплю? - Шисуи нахмурился и замедлил свой темп, а потом и вовсе остановился, указывая рукой на то, что было перед ними. – Какого хрена здесь творится?
Множество людей в белых халатах стояли за оборудованием на конвертерной линии, упаковывали какой-то белый порошок, грузили его в ящики, а ящики перетаскивали на железные балки, которые потом передвигали, скорее всего, на поверхность. Гула не было, также как и шума. Рабочие работали в абсолютной тишине и единственное, что разбавляло эту немую сцену – кряхтение работающей аппаратуры.
- Тэнсэи Кёо…* - лишь прошептал глава клана. – Наркотик, вызывающий быстрое привыкание. Последним заданием Руи, Сетсу, Тайке и Сарико было найти и устранить того, кто отвечал за производства этого наркотика. По словам нашего бывшего работодателя, тот, кто производил Тэнсэи Кёо – его главный враг, уничтожение которого сулило бы ему, небывалую выгоду. – блондин судорожно вздохнул. – И что же это получается…
Шисуи замолчал, позволяя младшему додумать то, что имел ввиду блондин. Сжимая кулаки, глава клана из последних сил сохранял свое спокойствие. Мозаика произошедшего с Намиями собралась в единую картину. Теперь блондин имел полное представление о том, как могли заразиться его братья и сестры. Точнее, их специально заразили, чтобы полностью избавиться от клана!
- Ты понял, Нириши? Этот ублюдочный работодатель, он специально все спланировал. Он специально придумал ту миссию, чтобы избавиться от нас всех. Он скормил нашим сокланавцам наркотик, чтобы ослабить иммунитет. Потому что так намного проще было заразиться «Белым проклятием».
Я разрушу все это. Я окрашу это место в красный. Я сотру эту мертвую тишину. – Шисуи двинулся вперед, хватая за голову первого попавшего человека и с силой прикладывая о движущуюся конвертерную линию. Кровь из раздробленной головы фонтаном брызнула во все стороны, попадая, в том числе, и на Шисуи. Но этого было мало. Блондин обернулся, чтобы посмотреть на реакцию остальных работников и снова удивился – люди продолжали делать свою работу, никто и внимания не обратил на то, что прямо у них под носом растекаются остатки мозгов их работника!
- Нириши, давай уничтожим это место. И этих людей. – хотя Шисуи сомневался, что этих «зомбированных» работников можно назвать людьми. Это уже просто безэмоциональные куски мяса, которые больше не имеют право на существование. И это право заберут они – Намиями.

*Тэнсэи Кёо - "Лорд подменённых душ" - наркотик, быстро вызывающий привыкание. Распространялся в Эдо повсюду. Извлекался он из растений, найденных только на отдаленных планетах. 13 серия Гинтамы вам в помощь, если интересно.

+1

11

Канцелярский нож опять затупился. Когда после очередного перерезания горла, человек не закатил глаза в смертной агонии, а лишь захрипел и отступил назад, Нириши понял, что нож уже бесполезен и бросил его на пол, даже не огорчившись. Быстро сократив расстояние до неудавшейся жертвы, он ударил мужчину в халате в лицо. Когда тот упал на спину, повторил удар, портя совершенство белизны и окрашивая халат в красный. Когда тот ронял голову без сознания, он поднимал его за воротник и бил снова. И снова, пока не стало трудно разобрать: мужчина ли это или одна сплошная опухоль. Процесс занял больше времени, чем он рассчитывал, поэтому, следующему работнику масочник проломил голову железным ломом, что находился у входа в помещение. Дело пошло лучше, и он продолжил разбивать головы, стараясь, чтобы работники не просто сдохли, а были изуродованы, искажены до неузнаваемости. Тех, кого убивал Шисуи, Нириши неосознанно добивал, чтобы ни одной целой башки не осталось в этой комнате, когда они уйдут.
Ярость сдавливала грудь, выплёскиваясь не в криках и крушении всего и вся, а в спокойных, сильных ударах, в которые парень пытался выплеснуть весь заглушенный до этого времени гнев.
Из живых в комнате остался лишь один, но злость всё не уходила. Невозможно успокоиться, пока жив тот, кто спланировал их смерть.  Нириши плохо запоминал его заплывшую морду. Каждый раз, пытаясь представить в воображение лицо босса, он мог вспомнить лишь костюм.
"Череп этого ублюдка необходимо сломать. И глаза вырвать, они ему ни к чему. Может тогда я запомню как он выглядит"
Глаз защипало.
Маска защищала лицо Нириши от брызг крови, но немного всё же попало в глаза. Просунув ладонь под лисью морду, Нириши вытерся, ощущая, как размазывает багровую жидкость по лицу.
"Сарико бы не обрадовалась, увидев меня таким чумазым"
Ему вспомнилось, как он завидовал ей - способной несколько дней работать над ядом. Не спеша, намурлыкивая какую-нибудь песенку. Вот уж кого было железное терпение. Воспоминание заставило ненависть ещё сильнее сдавить грудь.
Последний из выживших продолжал стоять у конвейерной ленты, не обращая внимание на то, что стало с комнатой за небольшое количество времени. Мужчина смотрел пустым взглядом на упаковку порошка, пока его руки на автоматизме нажимали на нужные рычаги. Хотелось эти руки оторвать и попытаться засунуть ему в глотку. Хотя бы одну.
Мельтешение ладоней раздражало и било по нервам. Нириши очень захотелось, чтобы тот прекратил, поэтому подошёл к нему и, схватив двумя руками, вывернул руку под другим углом. Привычного крика не последовало. Мужчина лишь еле слышно захрипел.
- Я даже не знаю, возможно ли его допросить, - сказал Нириши.

+1

12

Человеческие тела податливо хлюпали, когда Шисуи в очередной раз рассекал своей шпагой горло, распарывал животы и отрезал члены тех зомбированных людей, что оказались в этом месте не вовремя. Или вовремя. У них уже нет будущего и никогда не будет, даже если бы Намиями проявили «милосердие» и выпустили бы этих недолюдей на поверхность. Нет, ничего бы не поменялось, все стало бы только хуже, учитывая то, как изменился мир за последние несколько лет. Они и так были обречены, поэтому должны быть благодарны им, аманто, которые по доброй воле упростили им жизнь, попросту лишив их дыхания навсегда.
Шисуи встряхнул шпагу и вытер её о чей-то белый халат. Все они - жертвы одного кукловода, который дергал их за ниточки, как кукол с пустыми безжизненными глазами. Люди в этом подвале – не что иное, как марионетки зажравшегося кукольника. Но вот Намиями куклами никогда не были, но за ниточки их всё же дергали. И осознание этого отдавалось в груди главы кланы тупой болью несправедливости, обиды и бесконечной злости, которое выливалось в кровавую бойню, устроенную в этом подвале. По полу текли различные багровые струйки, смешиваясь и застилая весь пол. Намиями – жестокие убийцы. Шисуи даже не задумывался о том, что у этих тварей могли остаться семьи на поверхности и дорогие люди. Патлатый блондин просто отрезал головы,  потрошил и делал все, чтобы тел было как можно меньше, а крови – как можно больше.
Расправившись с последним, Намиями снова вытер свою шпагу о чей-то халат и убрал её. Взглянув на младшего брата, Шисуи не смог сдержать довольной ухмылки.
"Теперь он действительно «Намиями»" - думал блондин, смотря, как его брат с ломом в руках отточенными движениями расправляется со всеми подряд. И вот сейчас, наблюдая за самым младшим Намиями, Шисуи наконец-то осознал, как он был невнимателен все это время. К Нириши, к умершим Намиями, к клану в целом.  Если бы можно было вернутся в прошлое и все исправить… Но это всего лишь несбыточная мечта, появившаяся и тут же исчезнувшая. Шисуи был реалистом и прекрасно понимал, что это ещё одна глупость.
- И все же, давай попытаемся. – блондин подошел к последнему живому человеку в белом и, не церемонясь, жестко схватил того за подбородок и поднял его голову. Взгляд этого существа был туманным и безжизненным. «Бездушным». – пронеслось в голове блондина. Да, возможно, Нириши был прав: такого вряд ли можно допросить. Что нового, в конце концов, можно было узнать у этой человеческой оболочки? Ничего важного. – Нет. Это лишняя трата времени. Делай с ним все, что захочешь, Нириши. – блондин презрительно отшвырнул от себя подбородок оставшегося работника. И сделано это было не только потому, что это «лишняя трата времени». Просто при взгляде на Нириши, который едва сдерживался, чтобы совсем не вырвать руку работника, Шисуи решил хотя бы исполнять желания младшего братца.
Шисуи отвернулся и побрел обратно, попеременно пиная тела, тем самым прочищая себе дорогу. Он не сомневался в том, что Нириши снова его догонит, как закончит. Поэтому, не торопясь, принялся взбираться по лестнице. Теперь осталось только одно место – упомянутый ранее дом у озера. До него порядком трех километров. Но что для скоростных наемников это расстояние? Ничто.
- Ты не убежишь и не спрячешься от нас, дерьма кусок. И обязательно пожалеешь о том, что сотворил. Если успеешь. – тихо бормотал блондин, продолжая путь на поверхность. Что ж, развязка их истории становится близка. Скоро они сполна отомстят тому, кто виноват во всех их бедах. А потом… потом попытаются начать жить заново в мире, который постепенно умирает.

+1

13

Мужчина у аппарата продолжал растеряно переключать рычаги своей целой рукой.
- Хэй, - негромко произнёс Нириши, когда шаги Шисуи умолкли в глубине коридора, - Вы правда не знаете ничего?
Крепко взяв за волосы, он повернул к себе лицо работника. Тот секунды две глядел на Нириши пустым взглядом, а затем начал снова коситься в сторону порошка. Его ладонь бессмысленно дёргалась и трогала кнопки на пульте. Масочник сжал зубы и задрожал.
- К-какое стремление, - его голос повысился, и он понял, что злость только возросла.
Вложив всю свою силу, Нириши сломал незнакомцу руку. Раздался режущий уши хруст, брызнула кровь и показался кусок кости. Мужчина закатил глаза и захрипел, давясь слюной, но через некоторое время снова потянулся к кнопкам. Парень отпустил его и отошёл на полметра.
"Пора с этим заканчивать"
Широко раскрыв глаза, Нириши еле сдержал рык, после чего со всего размаху ударил несчастного ломом. Тот упал головой на пульт, обрызгав кровью стекло. Мужчина умер сразу, но младший Намиями продолжал лупить его голову как арбуз. Это происходило до тех пор, пока раздваивающийся конец лома не застрял в глазу. Он не стал напрягаться и вытаскивать инструмент, просто отпустил и тот с громким звоном упал на пол рядом с безжизненным телом.
Поправив чуть съехавшую маску, парень развернулся и направился к выходу, пару раз подскользнувшись на остатках побоища.
Когда он вышел с фабрики, солнце начало слепить в глаза, а пыльный воздух заставил чихнуть. Кожа неприятно зудела от грязи и хотелось помыться. Но ожидались дела гораздо важней. Фабрика осталась позади, а, значит, следующим пунктом назначения был храм у озера.
Негромко ступая, Нириши подошёл к брату. Блондин шёл впереди, и только сейчас Нириши понял, что тот постарел. Ему не было и сорока, да и времени с прежних деньков прошло мало, однако это не отметало того ощущения, что глава изменился. Да, он в любом случае похудел после недель запоя и выглядел уставшим. Но это было совершенно другим, и масочник не мог понять причину своего волнения. Однако, такой Шисуи вызывал больший страх и ужас, чем тот, кем он был раньше. Он являлся воплощением какой-то новой, более мощной и жестокой силы. Нириши был уверен, что встреться с ним их работодатель сегодня, он станет лишь куском гнилого, ничего не значащего мяса. Ему действительно стоит бояться волка, которому уже нечего терять.
- Шисуи-сан, тот храм... Я так и не смог понять что в нём особенного. Наш босс приезжал туда д-достаточно часто до своего исчезновения, х-хотя храм небольшой, старый и построенный для какого-то малоизвестного божества местного озера. Единственное, что меня насторожило - это то, что подношения там все же приносят д-даже сейчас. В основном, одна и та же пожилая леди, живущая в пяти километрах оттуда. Я п-проверял, но она никак не связана с босом.

+1

14

Шисуи и, правда, еле сдерживался от того, чтобы в порыве ещё пока контролируемой злости не влезть в шкуру Гривастого. Мысль о том, что он не успокоится, пока собственноручно не расправится с бывшим Боссом, терзала не совсем здравый рассудок главы клана. Положение было шатким: безумность граничила с разумом. И эта грань становилась все тоньше и тоньше, что было опасно не только для окружения, но и для самого Шисуи. Миг, когда он сорвется окончательно, станет его поворотной и окончательной точкой. Вряд ли блондин сможет пережить новое погружение в Гривастого, а оно неизменно случится, когда он увидит этого свиноподобного орка, когда-то являвшимся их работодателем. Шисуи не сможет сдержаться. Он и сейчас еле сдерживается, и, только мысль о том, что его безумие может задеть последнего оставшегося родственника, заставляла блондина хоть немного отрезвляться. Но надолго ли?
Просто «Шисуи». — закрывая рукой глаза, бессвязно говорит блондин, останавливаясь. — Какое, к черту, «сан»?
На несколько минут глава клана застывает в одной позе. Со стороны могло показаться, что он даже не дышит. Нет, правда, Шисуи стоял, задержав дыхание. Словно, для него сейчас вокруг – весь мир остановился. Хотя мир остановился и перестал существовать тогда, когда друг за другом из жизни ушли Намиями. И пусть. Пусть он злой монстр, пусть он винит во всем бывшего работодателя, пусть он ищет его, желая смерти… но за всем этим, за всеми этими чувствами и желаниями глава Намиями понимал, что единственный, кто виновен в смерти соклановцев – это он сам. И это чувство вины перед ними он прятал глубоко в себе, скрывая под маской неконтролируемой злости и одержимости разорвать бывшего шефа на тысячи маленьких шефенят.
Шисуи шумно выдыхает, убирает руку от лица и продолжает двигаться вперед.
Идем в тот храм. А потом и леди навестим. — твердо говорит он Нириши, переходя в легкий бег. И снова, снова, снова мелькали полуразрушенные дома и ползающие по земле, медленно умирающие люди, больше напоминающие гусениц. Лишь природа оставалась неизменной, продолжая цвести и благоухать – блондин только что вспомнил, что сейчас была ещё только середина лета. Но вот небо больше не было ярко-голубым, хоть и солнце светило ясно. Оно было серым и задымленным. Совсем, как его нынешняя жизнь.
И что-то заставляет Шисуи резко остановиться, когда до храма остается пару-тройку сотен метров. Здесь, ранее были построены ветхие хижины для бедных семей ронинов. От строений ныне остались лишь щепки. У самого крайнего, чудом уцелевшего дома, глухо поскуливала мелкая пятнистая собачонка. Стоило подойти чуть ближе и, внос тут же начинал ударять стойкий запах сероводорода, аммиака и метана. Ни с чем нельзя было спутать такой зловонный запах. Запах разлагающегося человеческого тела.
Не вдыхай эту гадость. — посоветовал блондин брату, сам же прижимая ладонь к носу. Прищурившись и пройдя за хлюпкий забор, который держался, как говорится «на соплях», Намиями все ещё и сам не мог понять, с чего его так внезапно потянуло к этому дому. Чутье ли, или еще, какая неведомая сила двигала главой клана проверить это место. И, как оказалось, не зря.
На пороге у дома лежала старая женщина в неестественной позе: руки её были вывернуты под неправильным углом, а из обеих ног торчали вывернутые коленные чашечки. Волосы старушки, как и цвет кожи, потеряли свой пигмент и совсем побелели. Под её головой что-то засохло и Шисуи убедился, подойдя к ней поближе, что это пятно было кровью. Подле неё же бегала мелкая собачка и попеременно поскуливала. А увидев гостей, оживилась и завиляла хвостом.
Не эта ли старая леди, про которую ты говорил ранее, Нириши? — Шисуи горько усмехнулся. — Похоже, её не только «белое проклятие» увело в могилу. Как думаешь, уж не нами любимый шеф постарался в этом?

+1

15

Испачканные кровью и покрытые пылью. Последние из Намиями шли убивать. Кругом разруха и умирающие люди. Тогда почему Нириши порой казалось, что это похоже на простую прогулку с братом? Их жизнь и смысл существования казались туманными облаками. Были ли они вообще или это так, небольшое помутнение рассудка? Что будет, когда они отомстят? Покинутые, потерявшие всё. Для чего они должны будут существовать дальше?
И всё же парень чувствовал, как стало меньше того неловкого напряжения, которое он ощущал раньше, оставаясь наедине с братом. Это было немного похоже на троюродную тётю с Хоккайдо, с которой подросток виделся пару раз, но теперь его попросили "о чём-нибудь поболтать" с совершенно чужой родственницей. Но теперь уже, когда не осталось ничего, масочник по-другому смотрел на главу. Сияющий где-то там, сильный и ужасающий Шисуи... Кто бы мог подумать, что единственный, кто может составить ему компанию в последнем путешествии - это не сильный и хладнокровный Руи, не талантливый Тайке, не горделивая Сетсу или милая Сарико, а всего лишь Нириши.
"Нет, ну так же не бывает" - снова подумал про себя младший Намиями.
Когда они дошли до дома с телом, Нириши поморщился от отвратительного запаха, резко ударившего ему в ноздри.
Ему пришлось как следует сосредоточиться и постараться абстрагироваться от вони, чтобы взглянуть на тело и узнать в ней ту старушку.
- Д-да, это она. Вряд ли наш шеф сделал это сам. Если эта куча д-дерьма в костюме способна поднять что-то тяжелее сигары, то я сильно удивлюсь. Н-не думаю, что у него хватило бы сил прибить старушку с таким усердием, - Нириши попятился и встал за Шисуи, оглядываясь а сторону деревьев. - Но это может значить, что он, по крайней мере, н-не один.
Снова обратив своё внимание на мёртвую женщину, юноша присмотрелся в глубь дома. Свет с улицы освещал лишь небольшой участок прихожей, дальше же было достаточно темно, и Нириши прищурился, чтобы лучше разглядеть лежащие на полу предметы.
- Это моти, - масочник указал на разбитую тарелку, возле которой лежало несколько лепёшек. Часть из них была надкусана, очевидно собакой, но не доедена до конца. -  Обычно она приносит их как подношение к храму. Похоже, её убили, когда она собиралась отнести это. Д-думаю, она лежит здесь не так давно. Иначе её пёс уже давно бы доел моти и принялся бы за хозяйку.
Из-за вони и собачьего тяфканья у Нириши начала болеть голова.
Присев на корточки, парень погладил подбежавшую к нему собачку. Сколько времени пройдёт, когда она начнёт есть старушку или уйдёт на поиски еды в другое место? А может, она просто останется здесь пока не умрёт с голода, надеясь, что женщина в любой момент проснётся и приготовит ей поесть?
Недолго думая, Нириши свернул собачке шею. Та не успела даже пискнуть.
Вряд ли бедное животное выживет без хозяйки. Да и понимал он, что если сам он останется один, то тоже будет желать, чтобы кто-нибудь пришёл и сделал ему то же самое. Чтобы кто-нибудь так же пришёл и убил его. Глядя на мёртвое животное, Нириши стало страшно от того, что будет, если он останется один.
Когда они дошли до храма, поднялся небольшой ветерок. По поверхности озера проходила рябь. Но едва они подошли ближе, Нириши заметил, что здание выглядит гораздо хуже, чем в последний раз. Пёстрые ленты облетели на землю, на части столбов была копоть. Стёкла выбиты, а каменные статуи свалены и разбиты.
- К-когда я был здесь в по-последний раз - этого не было.

Отредактировано NamiYamy Nirishi (2014-12-31 12:39:58)

+1

16

– Я и не говорил, что этот жиртрест сам угробил бабку. А вот его верные пешки – это да. Хотя… может он навалился на неё всем своим весом? Кто знает, что на уме у того гнилого человека.
Шисуи отошел от трупа, обходя повизгивающую собаку, и направился исследовать периметр дома, в надежде откопать какие-нибудь улики. Но нет, ничего. Действовали явно слаженно и быстро. Специально. Значит, старушка не просто случайно под руку попалась, а её сразу планировали убрать. Никто просто так не станет в нынешнее время убивать человека, который и так находится одной ногой в потустороннем мире. Могла ли бабка что-то знать или видеть то, что обыкновенному человеку вовсе не нужно? А если и так, то их конечный путь – храм, который и был первоначальной точкой Х. Последнее место, где мог прятаться их бывший работодатель. Осознание того, что эта гнида была сейчас близка как никогда, внутри все переворачивалось и клокотало от нестерпимой жажды мести. Мести за тех, кто должен был жить. Шисуи так и не полюбил обязанности главы клана, но достаточно искренне дорожил теми, кто его составлял. Проклятые, сильные и такие разные, но с этим родные. Шисуи знал всех с самого рождения и был  ещё сильнее повязан узами клана, когда его выбрали Главой. Память тут же подсунула тот день, когда объявляли главу Намиями. И то отчаяние, и ту борьбу с Тайке, и то недолгое смирение.
«А если бы главой клана был Тайке, все сложилось бы иначе?» – блондин грустно усмехнулся и вернулся обратно к Нириши, так ничего и не найдя. Младший Намиями как раз говорил о каких-то лепешках, указывая на оные внутри дома. Шисуи молча кивнул и заглянул внутрь шаткого дома, обведя взглядом бедную, но убранную территорию. Всю чистоту порядка нарушала та самая разбитая тарелка с моти. Глава клана развернулся обратно и, выходя из дома, краем глаза заметил, как Нириши сначала гладил вертлявую собачонку, а потом спокойно сворачивал ей шею, чем вызывал широкую ухмылку старшего брата.
– Здесь нам больше нечего делать. Пошли. – Шисуи взял масочника за шиворот и потащил вперед, через пару минут отпуская и давая младшему идти уже самому. Стоило пройти буквально с десяток метров, и виду предстала весьма печальная и в некотором смысле даже заброшенная площадка храма. Чувствовался едкий, не выветрившийся запах гари – значит, храм поджигали, но весьма неудачно. Об этом свидетельствовала  часть копоти на столбах. Блондин по началу затормозив, теперь решительно двинулся вперед ко входу.
Один, не один… неважно! Я убью всех, кто с ним связан. И его самого ожидает самая худшая смерть. – буквально прорычал Шисуи, оказываясь внутри храма, в котором тоже царила полная разруха и грязь. И пустота. Но блондин где-то на периферии обострившихся инстинктов уловил тихое, едва заметное движение в глубине помещения и тут же сорвался с места, проламывая стену и, хватая за горло того, кто там находился. Он без труда поднял человека, крепко вонзив выступившие когти в жирную шею. Самозабвенный зверский оскал окрасил лицо главы клана, когда тот швырнул ещё живое тело в бетонную стену храма, замечая у него лишенные пигмента волосы.
Нашлась «пропажа». – стиснув кулаки, блондин ринулся вперед. Он непременно убьет эту заразу до того, как того поглотит «белое проклятие». Он непременно точно со всей жестокостью накажет тварь за то, что посмела поднять свою лапу на них. На самое дорогое, что у Шисуи было. И от которого осталась лишь самая младшая часть.
Но если бы было все так просто. Шисуи не успел заметить, как резво повылезали тени, при свете формируясь  в личную охрану господина, которая явно хотела вонзить несколько катан в спину главы клана…

+1

17

Когда Шисуи ушёл в храм, Нириши подошёл, чтобы осмотреть поваленный на землю алтарь для подношений. Если присмотреться, можно было увидеть следы ног людей, устроивших здесь разгром. Стало понятно, что людей много, и что были они здесь совсем недавно. Насторожившись, парень оглянулся, вслушиваясь в тишину и шум ветра. Но не прошло много времени, как внутри храма раздался грохот. Повернув голову, Нириши резко отскочил с дороги, ведущей к зданию и, пригнувшись, незаметно подобрался к двери, не показываясь. Уши уловили звук движения и шаги.
Те люди всё ещё там
Нириши едва заметно заглянул в помещение, увидев разломанную стену и двадцать человек из охраны их босса. Все были вооружены мечами и были готовы снести голову Шисуи в любую секунду.
Сколько нужно было заплатить этим людям, чтобы те остались на этой догнивающей планете с догнивающем боссом? А может, у них уже не было выбора?
Пока слышался разговор, Нириши воспользовался тем, что люди отвлечены. Сосредоточившись, он начал оценивать обстановку: трухлявый пол, доски, которые скрипят в определённых местах, тень, падающая с улицы. Нириши незаметно пробрался в храм. Не издавая не единого шороха, он словно мышь крался к неприятелям, благо те были достаточно глупы, чтобы сосредоточить всех своих бойцов на одном человеке, даже не подумав разделиться и поискать теоретических сообщников Шисуи. Хотя нельзя было знать наверняка, что снаружи не остался кто-нибудь в тылу.
Добравшись до тёмного угла, Нириши опустил маску, оставив болтаться на шее, согнул ноги, готовясь к резкому старту и сжал ладонь в кулак с такой силой, что ногти впились в кожу. Безымянный палец пустил по ладони каплю крови. На этой маленькой боли Нириши и сосредоточил все свои чувства.
Дыхание начало затихать, сердце билось медленнее, хотя каждый удар отдавался в висках. Звуки становились глубже и многослойнее, как паутина наслаиваясь на сознание. Запахи ударили в ноздри. рассказывая о недавнем пожаре, о растущих рядом деревьях, о том, как много рыб подохло в озере, о том, как давно кто из присутствующих не мылся, и о том, что всего десять минут назад тот мужчина слева выкурил сигарету. В то же время кожа теряла привычную чувствительность, грубея на руках и шее. Голову пронзила сильная боль, когда на переносице начал прорастать рог. Нириши терпеливо сжал зубы, хотя нижние резцы выросли в острое оружие.
Сердце пропустило удар.
Не издав ни рыка, ни стона, младший Намиями резко двинулся вперёд, на врагов, кинувшись в самый центр скопления, к Шисуи.
Животные инстинкты кричали во всём теле. Яванские носороги не жаждут убивать. Но если враг подобрался близко и вот-вот нападёт на сородича, ему останется только бежать. Дав волю нахлынувшему гневу, Нириши ударил носом в спину одного из охранников. Его тупым рогом нельзя было никого проткнуть, но это не было нужным. Удовлетворительно отметив крик боли и хруст ломающегося позвоночника, масочник кинулся на остальных.

+1

18

Выдохнув сквозь стиснутые зубы, Шисуи позволил взмаху меча противника достигнуть плеча и распороть его, заставляя кровь бежать быстрее и распаляя внутреннего зверя. Вцепившись мертвой хваткой во вражеский клинок, глава клана отшвырнул его от себя вместе с мужчиной, который продолжал держаться за свое оружие. Он двинулся в гущу людей, не различая их лиц, скрытых под белыми кусками ткани, которые прикрывали их до глаз.
«Слабые. Сетсу била сильнее», — с разворота блондин подкинул ногой и впечатал в трясущийся потолок ещё одно тело. Сделать сальто назад, притормозить ногами, поднимая густой слой пыли и с рыком двинуться вперед, одной рукой разрывая когтями горло, а другой быстрым движением проделать множество дырок в теле. Избить. Заставить трепыхаться и обливаться кровью. Заставить выплевывать свои органы. Заставить распластаться плашмя под ногой, вдавить в пол, проламывая не только гниющие доски, но и позвоночник атакующего.
«Слабые. У Тайке удар был больнее», — снова нестись на врага, сворачивая шею и вгрызаясь в неё клыками, вырывая трахеи и выплевывая их. Боковым зрением он отметил появившегося младшего брата, который вовремя успел прикрыть его. Шисуи оскалился и лишь ещё сильнее распалился, безумствуя по площади храма и снося не только стражей, но и ветхие после пожара стены.
«Слабые, черт вас дери. Руи пинал метко и четко». Потолок затрещал, не выдерживая встряски и осыпаясь большими кусками на них. Пригнувшись и вовремя отскочив, глава клана позволил мощному куску глины свалиться рядом и прихлопнуть ещё одну парочку убийц. Клубы дыма и пыли стояли столбом, создавая прочную невидимую стену, которая раздражала и мешала. Шисуи лишь прислушивался и инстинктивно двигался вперед, руками отрывая чью-то ногу и не вслушиваясь в производимый ор, добивая его.
«Слабые. Сарико пытала изощреннее». Шисуи очнулся, когда под ногами невыносимо хлюпало от крови. Разум, поддавшийся безумию, немного прояснился и блондин понял, что потерял из виду своего брата. Едва хмурясь и вглядываясь звериным зрением через полумрак, он различил силуэт хромающего бывшего шефа, который крался с ножом в руках к спине Нириши. Прикусив губу до крови, Намиями сорвался, в считанные мгновения преодолевая расстояние, хватая предателя за шею и сжимая, наслаждаясь хрустом ломающейся кости. Мужчина что-то хрипел, извивался, когда блондин поднял его рукой над полом, пронзительным серьезным взглядом заглядывая тому в глаза. В глаза ублюдка, подлого мерзавца и самого ужасного человека.
Не смей поднимать руку на моего брата, тварь. — жестко припечатал Шисуи, следя как закатываются глаза бывшего работодателя. Глаза, в которых кроме жажды спасения собственной шкуры больше ничего не было.
«Слабый, чтобы убить Нириши».
Тело больше не сопротивлялось, повиснув плетью в его руке. Шисуи медленно разжал пальцы, позволяя ему камнем упасть перед собой. Пройдясь взглядом с ног до головы, блондин качнул головой и упал на колени, поднимая руку и зачесывая назад вылезшие на лоб волосы, оставляя на них кровавые разводы. Глухо засмеявшись, он обернулся к своему брату:
И эти слабые… этот слабый жалкий человек, которого можно сломать одной рукой, уничтожил нашу семью? Что за абсурд… — Намиями продолжил смеяться, давая волю эмоциям и совершенно не обращая внимания, что храм вот-вот может разрушиться. Потому что только сейчас до него наконец-то дошло, что уже ничто не вернется. Никто из них не вернется. Никогда.

Отредактировано Namiyamy Shisui (2015-06-28 21:46:09)

+1


Вы здесь » Gintama-TV » Полезный филлер » Эпизод №17. Обещания дают для того, чтобы их выполняли.